Читать книгу Дорога На Мачу-Пикчу - Николай Дежнев


Вы не зарегистрированы!

Если вы хотите скачивать книги бесплатно без рекламы и без смс, оставлять комментарии и отзывы, учавствовать в различных интересных мероприятиях, получать скидки в книжных магазинах и многое другое, то Вам необходимо зарегистрироваться в нашей Электронной Библиотеке.


Поделиться книгой с друзьями:



Страница 1

Николай Дежнев

Дорога на Мачу-Пикчу

Каждый человек сам себе свеча.

Джойс Кери, «Из первых рук»

1

Было ли у меня предчувствие?.. Ну, если только день с утра выдался муторный, но таких хмурых и пасмурных деньков хватало в моей жизни и раньше. Не работалось… Все больше отвлекался от дел и думал не о них, а о том, о чем думалось и вспоминалось. Этакий день открытых в самого себя дверей или я, как зеркало русской революции. Вообще говоря, ковыряние в себе гвоздиком мне не свойственно, эта национальная забава русской интеллигенции предполагает уйму свободного времени и склонность к самоедству, а у меня ни того, ни другого нет и никогда не было. Разве тут до самокопания, когда из-за обилия проблем некогда добежать до туалета. Сашка думает, я в Париж летал развлекаться, а я на самом деле просидел всю неделю в офисе и кроме Эйфелевой башни и аэропорта Шарля де Голля ничего не видел. Ну, еще рестораны, но без них в бизнесе никуда. Ей ведь не объяснишь, что нас в Европе никто не ждет, а такой многообещающей сделки у меня больше может и не случиться. Теперь, глядя из осени, кажется, что тогда нам с Сашкой можно было еще что-то сохранить, даже склеить, хотя выражение это мне не нравится. Только надолго ли?.. Стояла у открытого в сад окна, говорила отрывисто, глядя мимо и плотно сжав губы. Словечко вытащила из замшелого, пахнущего нафталином вокабуляра — охлаждение! Ах, граф, все кончено, мы чужие! Увы, мадам, увы, жизнь разбита, как китайского фарфора ваза! Позвольте откланяться, пойду, пожалуй, застрелюсь! Бред какой-то, в простоте слова не скажет, а и молчит то обязательно со значением. Тургеневская женщина бальзаковского возраста из дома с мезонином… А жизнь штука простая, не стоит требовать от нее невозможного. Когда же кончится наконец этот чертов дождь! Никак не уймется, сеет через мелкое ситечко с самого сотворения мира…

Я обвел взглядом сидевших вокруг длинного стола людей. Что мне до них, что им до меня? Откормленные, лоснящиеся физиономии, а в глазах-то, в глазах тревога! Ждут. Боятся. Смотрят, как на бога. Подбирал их по одному, штучно, постепенно создал команду вместе с ней и поднялся. Их благополучие, их семьи и дома, все зависит от меня. И они об этом знают… Не знаю только я — зачем мне все это надо? Неужели в юности они мечтали провести жизнь в нервотрепке, в четырех стенах душных, прокуренных кабинетов? О чем при луне говорили они своим любимым? О ценах на оборудование? О квартальном плане поставок? А может быть и не было у них молодости, может быть они сразу родились взрослыми и убийственно серьезными? Мужики с фигурами баб, женщины, считающие, что по половой принадлежности они экономисты. Да и к чему о ней, о принадлежности этой, помнить, если у каждой в ванной джакузи и в баню ходить нет необходимости? Наверняка в роддоме говорили, родился не мальчик и не девочка, а главный бухгалтер или начальник службы безопасности. Врачи шлепали новорожденного по толстому тогда уже заду и радовались, как истошно орет руководитель отдела по связям с общественность.

Интересно, о чем, глядя на меня, они думают? Впрочем, несложно догадаться. О том, что собрал я их не вовремя, что уже вечер пятницы и хорошо было бы свинтить с работы и заняться личной жизнью… как будто она у них есть! Нет, ребятки, ваше время целиком принадлежит мне. Я бы и сам с удовольствием удрал, только идти мне некуда и вы прекрасно об этом осведомлены. Сплетни из жизни начальства распространяются среди подчиненных со скоростью, превышающей скорость света. Кто бы стал спорить, совсем недурно забыть на пару дней о работе и расслабиться, только сегодня мне придется вас огорчить. Деньги, которые я вам плачу — оч-чень, между прочим, приличные деньги — надо отрабатывать. Тот, кто считает, что к переговорам с французами все готово, глубоко ошибается. Плевать я хотел на ваши планы, мне нужна стопроцентная уверенность в результате. Гонка продолжается при любой погоде и вне зависимости от степени вменяемости ее участников, таковы правила игры. Наберитесь терпения, нам еще долго придется вместе галопировать, а то, что вы обо мне думаете, можете оставить при себе, меня это не колышет.

Вот если бы не дождь на улице, не муть на душе и не тоскливые сны, если бы не пить вместо снотворного водку, не просыпаться под утро от пустоты бытия и не встречать с сигаретой в зубах рассвет…

— Глеб Аверьянович!

Я поднял голову. Кто это? Егоршин?.. Ну да, будь он неладен! Вечно лезет вперед батьки в пекло. Хотя, на этот раз прав: не стоило созывать совещание, а потом сидеть во главе стола и молчать. Собственные ошибки в виде исключения надо признавать:

— Прошу прощения!

Улыбнулся светло и беззаботно, как я это умею. Сашка когда-то говорила, улыбка у меня обезоруживающая, но никто из сидящих за столом на нее не ответил. Люди подобрались опытные, прекрасно знающие, что все крупные неприятности случаются вечером в пятницу, когда ничего уже нельзя ни исправить, ни изменить. Но и смотреть на меня с напряжением тоже не стоит, я не Господь Бог и судный день еще не настал, хотя все мы приближаем его, как только можем. Ничего особенно приятного, это верно, я вам не скажу, перспектива работать весь уикенд к удовольствиям быстротекущей жизни не относится, однако к разряду вселенских трагедий тоже не принадлежит. В любом случае, это лучше, чем валяться на диване или полоскать собственные мозги в сливной канаве отечественных масс медиа. Если уж на стройках Беломорканала заключенные

. . .
- продолжение на следующей странице -